Це був ще один Великдень в умовах безбожного радянського режиму. Тоді віруюча спільнота вважалася людьми, світогляд, переконання, спосіб життя яких офіційна ідеологія силкувалася змінити.

Чи не тому чинний лідер комуністів СРСР Микита Хрущов якось заявив, що через 20 років (тобто до 1980-го) священика (попа, за його словами) можна буде побачити хіба що в музеї. Не сталося так, слава Богу. Навпаки, згадана система, як і її ідеологія, пішла в забуття. Уроки ж тодішнього часу маємо завжди пам’ятати. 

Один із них – Великдень-1962, про який свідчить архівний матеріал (мова оригіналу).

                   Специальное сообщение о религиозном празднике «Пасха»:

«К празднованию «Пасхи», как и в прошлые годы, религиозные организации, духовенство и верующие готовились активно. Повсеместно верующие приводили в порядок территорию церкви, кладбища, украшали храмы внутри. В дни поста церковь посещало много верующих. Среди них была молодежь и дети школьного возраста.

До 1961 г. духовенство организовывало и проводило среди детей обряд первой исповеди и причастия. В этом году такой подготовки не было. Духовенство в дни поста объявило верующим, чтобы несовершеннолетних детей к исповеди и причастию родители не направляли. Несмотря на это, дети церковь посещали. Так, например, в Преображенской церкви Львова за время поста к священнику обращалось с просьбой совершить обряд исповеди около 80 детей. Всем им священник [о. Миколай] Юрик в таких просьбах отказал по мотивам их несовершеннолетия.  

Меньше детей к исповеди обращалось в соборе св. Юра, Николаевской, Георгиевской и других церквах г. Львова, где священники также отказывались исповедать детей по мотивам их несовершеннолетия. В Петропавловской и Успенской церквах г. Львова священники Процюк и Семчишин к исповеди допускали детей старше 15 лет, но это они делали скрытно в комнате, где крестят детей.

По селам области в дни поста дети приходили в церкви, но священники в большинстве церквей их не исповедовали и не причащали, а в некоторых церквях допускали к исповеди и причастию. В селе Стрельбичи Старосамборского р-на 11 апреля 1962 г. в церкви на вечернюю службу пришло 30 детей. В связи с этим директор школы посетил церковь и ученики, увидев его, ушли из церкви. В беседе со священником этой церкви выяснено, что он около 10 детей исповедал и причащал. В основном посещение церквей учащимися было в дни школьных весенних каникул. До школьных каникул мною (уповноважений у справах релігій у Львівській області авт.) по этому вопросу ориентировались областные организации, но в некоторых местах в дни школьных каникул с учащимися не была организована соответствующая работа и допущено посещение церкви школьниками.  

Чтобы не допустить посещение церквей молодежь в дни «Пасхи», комсомольские организации подготовили повсеместно и проводят «Праздники весны». Это мероприятие привлекает большое количество молодежи и в значительной степени снизило число молодежи, посещающей церкви в дни «Пасхи».

В предпасхальные дни ко мне обращались представители из 20 затухающих (ідеться про церкви, в яких немає чинних священиків – авт.) приходов, а их имеется около 300 (!!!), с просьбой разрешить в таких приходах отправить службы в церквях по случаю «Пасхи». По этим вопросам мною давались просителям разъяснения, что по этому вопросу необходимо им обращаться в епархиальное управление. В епархиальном управлении эти просьбы не удовлетворялись по мотивам большой загрузки работой духовенства.

В канун «Пасхи» в церквях было полно молящихся, но меньше чем в прошлые годы. Святить куличи приносили в основном лица преклонного возраста. Наблюдались случаи, когда рядом с этими лицами шли дети, несли корзины с куличами и другими продуктами. Освящение куличей совершалось по православному обряду в субботу, начиная с 5 часов вечера и продолжалось до утра. Верующие стояли в оградах церкви, несмотря на ненастную погоду. В последующие дни «Пасхи» в церквях верующих было значительно меньше, чем в первый день, а на утренних службах совсем мало… В ночь с 28 на 29 апреля сего года в г. Глиняны (Перемишлянський р-н) на дверях закрытой церкви неизвестным были прибиты крест и две иконы, обвитые венком из зелени…» (Державний архів Львівської області (ДАЛО). – Ф. Р-1332. – Оп. 1. – Спр. 18. – арк. 141-144).

Отже, бачимо відверту казуїстику радянського чиновника від релігії. Приймав віруючих із проханнями відчинити церкву бодай на Великдень, аби освятити паску. Чемно відсилав їх в єпархіальне управління, представники якого вимушено бідкалися надзвичайною зайнятістю духовенства. Коло замикалося. І тут створювався дефіцит. Щоправда, штучний. Спочатку обмежували коло абітурієнтів, потім слухачів семінарії, нарешті, законне право тих, які мали висвячуватися, служити Богові й людям. У підсумку, духівники все-таки були, а місця їхньої служби скривали від очей вірних.

Шкільну молодь заманювали «тістечками» (святами весни), лякали директором школи, священикам забороняли сповідати та причащати учнів.  Діти ж знаходили час (канікули), щоби відвідати храм Божий, священики в різний спосіб чинили таїнство Господнє. Зачинена («затухаюча») церква прикрашалася християнськими символами…

Оксана Боруцька, магістр історії, спеціально для «Вголосу»